Трынделка портал

[Ольга]

Я мужик!

Николай всю свою сознательную жизнь был мужиком. Настоящим – с большой буквы «МЭ», ну по крайней мере он так считал. Детство… Потасовки в песочнице – маленький Коля, хоть бывало и возвращался домой с «бланшем» под глазом, но соперников мутузил до конца. А на недовольный взгляд на начинающий наливаться лиловым глаз, Коля всегда говорил одно: «Я мужик!!!». Обычно помогало, и мать, опустив руки брела на кухню за холодной ложкой, приговаривая: «Ох уж мне эти мужики…» Потом школа, где Коля продолжил оставаться «мужиком», а «бланши» под глазами стали появляться реже, а вскоре и пропали вовсе, уступив место сбитым костяшкам на кулаках. Возмужал Коля. Потом армия, где Коля осознал, как действительно здорово быть мужиком. Неуступчивого пацана зауважали где то на второй-третий месяц службы. Ну а потом Коля вернулся в родное село. Вся деревня тогда пила неделю! Встречали «мужика». А через неделю Николай задумался и о работе… Идти работать в разваливающийся колхоз ему как то не хотелось… Но выход все же нашелся – мамкин старший брат дядя Вася пристроил племяша в ГАИ, где сам проработал всю жизнь. С армией за плечами его взяли.

В ГАИ Коля тоже продолжал оставаться мужиком. Даже когда «оштрафовал» соседа дядю Митю за вождение мотоцикла в мягко говоря нетрезвом состоянии на две тыщи кровных, Николай оправдывал себя: «Я мужик! Должен деньги домой приносить.» Тем более – без протокола, да еще и мотоцикл до дома довел по-соседски! Женился Коля двумя годами ранее на Машке с соседнего села. Красивая была девка! Много женихов было… но мужем стал Коля. МУЖИК! Сейчас у них подрастал сын – Петька. Ох и умучился с ним Николай! Но всегда старался научить сына тому, чему самого научила жизнь – быть мужиком. Упал, расшиб коленки в три года – не реви, ты ж мужик!!! Сломал руку в семь – нормально, МУЖИК! Влюбился, слюни-сопли в восемь – утрись, мужик! Даже когда Николай возвращался домой под утро (такое обычно случалось в дни зарплаты или особо удачного «штрафа») в невменяемо пьяном состоянии и поколачивал Машку, под истошные вопли Петьки… Он останавливался обычно, разворачивал к себе сына и, подняв за плечи к своему лицу, злобно рычал: «НЕ РЕВИ, СУЧОНОК! ТЫ МУЖИК!!! А ТО – БАБА!»

Петька учиться мудрости не хотел, а может не мог… Не всем же быть мужиками!? Он научился терпеть боль, преодолевать неудачи, да много чему научился! Но по прежнему Петька нет-нет да и пускал слезу. Когда от неудачной любви, когда от обиды, а когда и «заступаясь» за мать… Как вот вчера например. Николай снова пришел пьяный, злой, а благоверная не удостоилась накормить муженька. Спала она видите ли! Коля за волосы стащил Машку с кровати и потащил сторону кухни, приговаривая: «Муж пришел с работы – накорми, блять!» Стрелка на часах застыла на трех часах ночи. Петька хватался за ноги, рыдал, умолял не трогать мамочку… Николай, не отпуская волос жены, развернулся к сучонку и злобно рыкнул: «Тыж мужик! Съебись к себе, с бабой я сам разберусь!»

Проснулся Николай в семь утра от странного ощущения. Открыл глаза. В лоб ему смотрело дуло его же собственного табельного Макарова. Петька крепко сжимал рукоять двумя руками. Аж пальцы побелели. «Я МУЖИК!!!» - как то тоненько, но очень уверенно сказал сын. А после нажал на курок.

Северянин